Ирина (ippollitess) wrote,
Ирина
ippollitess

Зачем нам глупый бог.

Не научил цветы защищаться. Когда их срывают, они должны сразу вянуть, чтобы их не успевали донести до дома. Тогда не будет смысла их рвать.
Цветы - это еда для пчёл. А не для удовольствия в вазах.
Ещё и напридумывали про цветы всякие глупые сюжеты.

"Сказка: цветы маленькой Иды.

— Бедные мои цветочки умерли! — сказала маленькая Ида. — Еще вчера вечером они были такие красивые, а теперь все лепестки их поникли. Отчего это они так? — спросила она студента, сидевшего на диване.

Она очень любила этого студента; он умел рассказывать чудеснейшие истории и вырезать из бумаги презабавные картинки — сердечки с крошками-танцовщицами внутри, цветы и великолепные дворцы с дверями, которые можно было открыть. Великий затейник был этот студент!

— Почему у цветов такой плохой вид сегодня? — снова споосила Ила и показала ему увядший букет.

— Знаешь что? — сказал студент. — Сегодня ночью цветы были на балу, — вот они теперь и повесили головки.

— Да ведь цветы не танцуют! — удивилась маленькая Ида.

— Танцуют! — возразил студент. — По ночам, когда темно и все мы спим, они весело пляшут друг с другом. Почти каждую ночь у них бывает бал.

— А детям нельзя пойти к ним на бал?

— Можно, — сказал студент. — Ведь маленькие маргаритки и ландыши тоже танцуют.

— А где танцуют самые красивые цветы? — спросила маленькая Ида.

— Ты бывала за городом, где стоит большой дворец, — летом в нем живет король, — и где такой чудесный сад с цветами? Помнишь лебедей, что подплывали к тебе за хлебными крошками? Вот там-то у цветов и бывают настоящие балы!

— Я еще вчера была там с мамой, — сказала маленькая Ида, — но теперь на деревьях нет больше листьев, а в саду нет цветов. Куда они подевались? Летом их так много!

— Они все во дворце, — ответил студент. — Надо тебе сказать, что как только король и придворные переедут в город, цветы сейчас же убегают из сада прямо во дворец, и там для них наступает веселое время! Вот бы тебе посмотреть! Две самые красивые розы садятся на трон — это король с королевой. А красные петушьи гребешки становятся возле них, стоят и кланяются, — это камер-юнкеры. Потом приходят другие прекрасные цветы, и начинается бал. Гиацинты и крокусы изображают маленьких кадетов и танцуют с барышнями — голубыми фиалками; а тюльпаны и большие желтые лилии — это пожилые дамы, и они следят за тем, чтобы все танцевали чинно и вообще вели себя прилично.

— А цветочкам не достанется за то, что они танцуют в королевском дворце? — спросила маленькая Ида.

— Да ведь никто не знает, что они там танцуют! — ответил студент. — Правда, старик смотритель иной раз заглянет во дворец ночью с большой связкой ключей в руках, но цветы, как только заслышат бренчанье ключей, сейчас же присмиреют, спрячутся за длинные занавески, которые висят на окнах, и только чуть-чуть выглядывают оттуда, одним глазом. «Тут что-то пахнет цветами!» — бурчит тогда старик смотритель, а видеть ничего не видит.

— Вот забавно! — сказала маленькая Ида и даже в ладоши захлопала. — Значит, я тоже не могу их увидеть?

— Можешь, — ответил студент. — Загляни в окошки, когда опять пойдешь туда, вот и увидишь. Сегодня я видел там длинную желтую лилию: она лежала и потягивалась на диване — воображала себя придворной дамой.

— А цветы из Ботанического сада тоже могут прийти туда, хотя сад далеко от дворца?

— Ну, конечно могут! — ответил студент. — Ведь они умеют летать и летают, когда захотят. Разве ты не заметила, до чего красивы бабочки, красные, желтые, белые? Они совсем как цветы, и когда-то были цветами. Однажды прыгнули они со стебелька высоко в воздух, захлопали лепестками, словно крошечными крылышками, и полетели. А так как они вели себя хорошо, то им позволили летать и днем. Теперь им уже не нужно было возвращаться домой и смирно сидеть на стебельке, вот их лепестки и превратились в настоящие крылья. Ты ведь это сама видела. А впрочем, может быть, цветы из Ботанического сада и не бывают в королевском дворце. Может быть, они даже не знают, как там весело по ночам. Вот что ты должна сделать, — и пусть потом удивляется профессор ботаники, который живет тут рядом, ты ведь его знаешь? — Когда придешь в его сад, расскажи какому-нибудь цветочку про большие балы в королевском дворце! Цветок расскажет об этом остальным, и все они убегут. Профессор придет в сад, а там ни единого цветочка! То-то он удивится! «Куда же они девались?» — подумает.

— Да как же цветок расскажет другим? Цветы ведь не говорят.

— Конечно, нет, — проговорил студент, — зато они умеют объясняться знаками. Ты сама видела, как они качаются, чуть подует ветерок, как шевелят своими зелеными листочками. И они так же хорошо понимают друг друга, как мы, когда беседуем.

— А профессор понимает их знаки? — спросила маленькая Ида.

— Разумеется! Однажды утром он пришел в сад и видит, что высокая крапива делает знаки своими листьями прелестной красной гвоздике. Вот что ей говорила крапива. «Ты так мила, я тебя очень люблю». Профессору это не понравилось, и он ударил крапиву по листьям, а листья у нее — все равно что у нас пальцы, — ударил и обжегся! С тех пор он не смеет ее трогать.

— Вот забавно! — сказала маленькая Ида и засмеялась.

— Ну можно ли набивать голову ребенку такими пустяками? — возмутился скучный советник, который тоже пришел в гости к родителям Иды и сидел на диване.

Он терпеть не мог студента и вечно ворчал на него, особенно когда тот вырезал затейливые и забавные фигурки — вроде человека на виселице и с сердцем в руках (его повесили за то, что он был серцеедом) или старой ведьмы на помеле, с мужем на носу. Все это очень не нравилось советнику, и он вечно твердил:

— Ну можно ли набивать голову ребенку такими пустяками? Что за дурацкая фантастика?

Но маленькую Иду очень позабавил рассказ студента о цветах, и она думала о них целый день. Итак, цветы повесили головки потому, что устали после бала. Немудрено, что они захворали.

Маленькая Ида понесла цветы к столику, на котором стояли все ее игрушки; ящик этого столика тоже был битком набит разными разностями. В кукольной кроватке спала кукла Софи, но маленькая Ида разбудила ее.

— Тебе придется встать, Софи, — сказала она, — и эту ночь провести в ящике. Бедные цветы больны; их надо положить в твою постельку — тогда они, может быть, выздоровеют.

И она вынула куклу из кроватки. Вид у Софи был очень недовольный, но она не сказала ни слова, рассердившись на Иду за то, что та подняла ее с кровати.

Маленькая Ида уложила цветы в постельку, хорошенько укрыла их одеяльцем и велела им лежать смирно, обещая за это напоить их чаем и уверяя, что тогда они утром встанут совсем здоровыми. Потом она задернула полог, чтобы солнце не светило в глаза ее цветочкам.

Весь вечер рассказ студента не выходил у нее из головы, и, собираясь идти спать, девочка не удержалась и заглянула за спущенные на ночь оконные занавески. На подоконниках стояли чудесные цветы ее матери — тюльпаны и гиацинты, — и маленькая Ида шепнула им тихо-тихо:

— А я знаю, что ночью вы пойдете на бал!

Цветы сделали вид, что ничего не поняли; они даже не шелохнулись. Ну да маленькую Иду не проведешь!

В постели Ида еще долго думала все о том же и представляла себе, как это, должно быть, мило, когда цветочки танцуют! «Неужели и мои цветы были на балу во дворце?» — подумала она и заснула.

Но посреди ночи маленькая Ида вдруг проснулась: она только что видела во сне цветы, студента и советника, который бранил студента за то, что он набивает ей голову пустяками. В комнате, где лежала Ида, было тихо, на столе горел ночник, и родители девочки крепко спали.

— Интересно, спят ли мои цветы в кукольной постельке? — сказала себе маленькая Ида. — Как бы мне хотелось это знать! — Она приподнялась, чтобы посмотреть в полуоткрытую дверь, за которой лежали ее игрушки и цветы, потом стала прислушиваться. И вот ей показалось, будто в соседней комнате играют на рояле, но очень тихо и нежно; такой музыки ей еще не приходилось слышать.

— Должно быть, цветы танцуют! — сказала себе Ида. — Господи, как бы мне хотелось на них посмотреть!

Но она не смела встать с постели, чтобы не разбудить родителей.

— Хоть бы цветы сами вошли сюда! — мечтала она.

Но цветы не входили, а чудесная музыка все звучала. Тогда маленькая Ида не выдержала, потихоньку вылезла из кроватки, прокралась на цыпочках к дверям и заглянула в соседнюю комнату. О, как там было хорошо!

В той комнате ночник не горел, но, тем не менее, было совсем светло от месяца, смотревшего из окошка прямо на пол, где в два ряда выстроились тюльпаны и гиацинты. На окнах не осталось ни одного цветка, там стояли только горшки с землей. А на полу все цветы танцевали друг с другом, да так мило: то становились в круг, то протягивали друг другу длинные зеленые листочки и кружились попарно. На рояле играла большая желтая лилия, — наверное, это ее видела маленькая Ида летом! Девочка помнила, как студент сказал: «Ах, как она похожа на фрекен Лину!» Тогда все подняли его на смех, но теперь Иде и в самом деле почудилось, будто длинная желтая лилия похожа на Лину. Она и на рояле играла точь-в-точь как Лина — поворачивала свое длинное желтое лицо то в одну сторону, то в другую и кивала в такт чудесной музыке. Иды не заметил никто.

Но вдруг маленькая Ида увидела, что большой голубой крокус вскочил прямо на середину стола с игрушками, подошел к кукольной кроватке и отдернул полог. На кроватке лежали больные цветы; они быстро встали и кивнули в знак того, что и им тоже хочется танцевать.

Старый Курилка со сломанной нижней губой встал и поклонился прекрасным цветам. Они были ничуть не похожи на больных, спрыгнули на пол и, очень довольные, стали танцевать с другими цветами.

В эту минуту послышался стук — словно что-то упало со стола. Ида посмотрела в ту сторону. Оказалось, это масленичная верба быстро спрыгнула вниз к цветам, так как считала себя их родственницей. Верба, украшенная бумажными цветами, тоже была очень мила; на верхушке ее сидела крошечная восковая куколка в широкополой шляпе, точь-в-точь такой, как у советника.

Громко топая своими тремя красными деревянными ножками, верба прыгала среди цветов. Она танцевала мазурку, а другие цветы не знали этого танца, потому что были слишком легки и не могли топать с такой силой.

Но вот куколка на вербе вдруг вытянулась, завертелась над бумажными цветами и громко закричала:

— Ну можно ли набивать голову ребенку такими пустяками? Что за дурацкая фантастика?

Теперь кукла была удивительно похожа на советника — в такой же широкополой шляпе, такая же сердитая и желтая! Но бумажные цветы ударили ее по тонким плечам, и она совсем съежилась, снова превратившись в крошечную восковую куколку. Это было так забавно, что Ида не могла удержаться от смеха.

Верба продолжала плясать, и советнику волей-неволей приходилось плясать вместе с нею, все равно — вытягивался ли он во всю длину, или оставался крошечной восковой куколкой в черной широкополой шляпе. Наконец, цветы, особенно те, что лежали в кукольной кроватке, стали жалеть советника, и верба оставила его в покое. Вдруг что-то громко застучало в ящике стола, где вместе с другими игрушками лежала кукла Софи. Курилка добежал до края стола, лег ничком и слегка выдвинул ящик. Софи встала и удивленно огляделась.

— Да тут, оказывается, бал! — проговорила она. — Почему мне об этом не сказали?

— Хочешь танцевать со мной? — спросил ее Курилка.

— Хорош кавалер! — отрезала Софи и повернулась к нему спиной, потом уселась на ящик и стала ждать, что ее пригласит какой-нибудь цветок; но никто и не думал ее приглашать. Тогда она принялась покашливать: «кх, кх, кх!» Но и тут никто к ней не подошел. А Курилка плясал один, и не так уж плохо.

Видя, что цветы на нее и не смотрят, Софи вдруг свалилась с ящика на пол, да с таким грохотом, что все сбежались, окружили ее и стали спрашивать, не ушиблась ли она. Цветы разговаривали с нею очень ласково, особенно те, которые только что спали в ее кроватке. Софи ничуть не ушиблась, и цветы маленькой Иды стали благодарить ее за чудесную постельку, потом увели с собой в лунный кружок на полу и принялись танцевать с ней; а другие цветы затеяли хоровод и плясали вокруг них. Тогда Софи, очень довольная, сказала цветочкам, что охотно уступает им свою кроватку, — ей хорошо и в ящике!

— Спасибо, — отозвались цветы, — но мы не можем жить долго. Утром мы совсем умрем. Скажи только маленькой Иде, чтобы она похоронила нас в саду, где зарыта канарейка. Летом мы опять вырастем и будем еще красивее.

— Нет, вы не должны умирать! — воскликнула Софи и поцеловала цветы.

В это мгновение дверь отворилась, и в комнату вошла целая толпа красивейших цветов. Маленькая Ида никак не могла понять, откуда они взялись, — должно быть, из королевского дворца. Впереди шли две прелестные розы в маленьких золотых коронах, — это были король с королевой. За ними, гаскланиваясь на все стороны, двигались чудесные левкои и гвоздики. Музыканты — крупные маки и пионы — дули в стручки, краснея от натуги, а маленькие голубые колокольчики и беленькие подснежники звенели, точно на них были надеты бубенчики. Вот была забавная музыка! За музыкантами шло множество других цветов, и все они танцевали — и голубые фиалки, и красные маргаритки, и ромашки, и ландыши. Цветы танцевали и целовались, да так мило, что просто загляденье!

Наконец, все пожелали друг другу доброй ночи, а маленькая Ида пробралась в свою кроватку, и до утра ей снились цветы и все, что она видела ночью.

Утром она встала и побежала к своему столику — посмотреть, там ли ее цветочки.

Она отдернула полог… Да, цветы лежали в кроватке, но совсем, совсем увядшие! Софи тоже лежала на своем месте, в ящике, и лицо у нее было сонное.

— А ты помнишь, что тебе велели передать мне? — спросила маленькая Ида.

Но Софи только тупо смотрела на нее, не раскрывая рта.

— Какая же ты нехорошая! — сказала маленькая Ида. — А они еще танцевали с тобой!

Потом она взяла картонную коробочку с хорошенькой птичкой, нарисованной на крышке, открыла ее и положила туда мертвые цветы.

— Вот вам и гробик! — сказала она. — А когда придут мои норвежские кузены, мы вас зароем в саду, чтобы вы на будущее лето опять выросли и стали еще красивее!

Йонас и Адольф, двоюродные братья Иды, приехавшие из Норвегии, были бойкие мальчуганы. Отец подарил им по новому самострелу, и они взяли их с собой, чтобы показать Иде. Она рассказала мальчикам про бедные умершие цветы и велела похоронить их. Впереди шли мальчики с самострелами на плечах, за ними — маленькая Ида с мертвыми цветами в коробке. Могилку вырыли в саду. Ида поцеловала цветы и опустила коробку в ямку, а Йонас с Адольфом выстрелили над могилой из самострелов — ни ружей, ни пушек у них ведь не было."

Не удивительно, что дети вырастают такими идиотами. А кто-то должен терпеть их идиотизм.
Subscribe

  • ЧеКист.

    Я тоже. "Ни одну вакцину нельзя назвать безопасной, СЧИТАЕТ иммунолог." Коронавирус. Когда желчные протоки забиты жиром.…

  • ЧекиСТЫ.

    Коронавирус. Когда желчные протоки забиты жиром. Звезда. За употребление животного жира надо платить. К.Маркс.…

  • ЧекиСты.

    Звезда. За употребление животного жира надо платить. К.Маркс. Когда печень переполнена токсинами.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments